Дмитрий Жданухин

06.08.2020

Записки коллектора Глава 1 “На краю земли”

Весна в этом году выдалась какая-то сырая, зябкая. Серое небо низко висело над однотипными свечками многоэтажек, и  временами из него сыпался мелкий и совсем не весенний дождик. В общем, настроение у природы было самое что ни на есть мрачное, и Тимофей Долгов его полностью разделял.

Что-то не клеилось в его жизни, в последнее время он сам казался себе дворняжкой, брошенной в воду и судорожно гребущей лапами, чтобы выбраться на берег. Да и этот самый берег представлялся ему не очень-то отчетливо и был какой-то неприветливый. В общем, на Тимофея накатывала волнами обычная московская депрессия, которая случается от отсутствия солнца, витаминов и отдыха. Новомодная болезнь мегаполиса.

Тяжело вздохнув и посмотрев в серое небо, он поежился и сбежал со ступенек.

Была пятница, и это тоже не сулило ничего хорошего, разве что возможность выспаться завтра. Хотя теперь, когда господин Долгов основал собственное коллекторское агентство, его график не зависел от начальства, и он мог бы дать себе некоторое послабление. Но новый бизнес, как малое дитя, требовал постоянного вложения сил, времени и денег. Поэтому-то Тимофей и засиживался на работе до десяти-одиннадцати вечера, а, возвращаясь домой, опять принимался за работу, нередко отправляясь в кровать, когда за окном уже светало. Конечно, вряд ли он смог бы вести такой образ жизни, если бы у него была семья. Но семьи не было и это облегчало карьерный рост, хотя в тридцать три уже пора бы подумать о серьезных отношениях.

- Нет, это успеется, вот налажу дела, а там и посмотрим, - Тимофей отогнал от себя эту мысль, нажав на газ и обогнав Оку, которая ехала по второй полосе с черепашьей скоростью.

 

Мысль о делах личных чаще всего приходила к Долгову перед выходными или отпуском, когда он еще пользовался этой замечательной услугой работодателей. Но это было очень давно, он уже и не помнил, когда в последний раз отдыхал. Если хочешь чего-то добиться, надо много работать и коллектор Тимофей Долгов усердно выполнял эту заповедь, откладывая на потом дела сердечные. Тем более, работы было много, и она приносила неплохие доходы.

 

Работа Тимофею Долгову нравилась, хотя коллекторы – специалисты по «выбиванию» долгов - у народа были не в чести. Но на самом деле времена бритоголовых «братков» в кожаных куртках, слава Богу, давно прошли, и сегодня в коллекторы набирали интеллигентных юношей и девушек с высшим юридическим или психологическим образованием, которые бы смогли убедить должника заплатить или найти какой-то компромисс. Тимофею с самого начала, а коллекторством он уже занимался лет пять, его работа казалась игрой. Строго выверенной компьютерной игрой, в которой, чтобы заставить «клиента» заплатить, надо найти верную комбинацию. А чтобы ее найти надо пройти различные уровни и собрать «ключи», применяя не только холодную логику, но и изобретательность.

Так, например, недавно он «расколол» одного молодого бизнесмена. Очень приятного и умного человека, о котором Тимофей слышал немало хорошего. Но этот положительный персонаж почему-то очень не хотел возвращать кредит в банк, и проценты набежали очень даже внушительные. В итоге, конечно, деньги были заплачены, но молодому человеку пришлось продать бизнес, чтобы погасить долг. И этот финал оставил какой-то неприятный осадок у коллектора, который тут же представил, чего ему бы стоило продать свое детище, на развитие которого положены годы труда. Но жизнь – штука жестокая и тут уж ничего не попишешь. Либо не бери в долг, либо плати.

 

…В офисе вовсю кипела работа. Пришло подтверждение из банка о том, что недавний клиент, тот самый, что продал свой бизнес, наконец-то полностью расплатился и последний платеж уже поступил на счет. Так что вскоре и они смогут получить свой процент, а деньги, что ни говори, способствуют улучшению настроения и повышают мотивацию. Бог даст и в еще одном должнике, которого напарник Тимофея «обхаживал» уже пятый день, проснется совесть, и он решит вернуть долг. Правда, коллега был специалистом по «личным» разговорам, поэтому Долгов решил помочь с софт- коллекшеном и составлением тактики работы с этим клиентом. Он уже практически закончил писать схему, как мобильник зазвонил. Номер был какой-то странный и явно не московский.

- Эй, Тимофей Дмитриевич, как поживаете? Как там ваша московщина? – голос в трубке напомнил развеселые студенческие годы.

- Горин, ты что ли? Вот уж не ожидал! – изумился Тимофей.

Василий Горин был однокурсником Долгова. Более того, это он привел последнего в коллекторское агентство, в котором Тимофей и работал в последние пять лет. Сам Горин начал делать карьеру еще в универе, сначала бегая курьером, а потом работал еще и по зачетным схемам – убеждал должников согласиться использовать векселя для расшивки неплатежей. Здесь он действовал, играя с клиентом, как кошка с мышкой. И мышка сама не понимала, как в итоге соглашалась подписать обязательство заплатить и как несла долг в банк. И все это без единой угрозы. На мягких кошачьих лапах.

Лет пять назад Вася Горин женился и уехал на Дальний Восток, откуда была родом жена. Какое-то время они с Тимофеем еще переписывались, а потом потерялись. Один по слухам устраивал собственное коллекторское агентство во Владивостоке, а другой осваивал новую профессию и активно учился везде, где только можно – семинары по НЛП, Школа публичной политики, высшая лекторская школа. Так что удивление Долгова было вполне понятно, ведь просто так Василий Геннадьевич, так стоило теперь называть своего обремененного семьей и солидным коллекторским агентством друга, не позвонил бы.

- Да уж, сколько зим, сколько лет, - ответил Горин. – Слушай, ты же по-прежнему занимаешься коллекторством? Вроде как даже свое агентство открыл?

- Да вот, пытаюсь тоже стать большим босом, пошел по твоим стопам.

- Думаю, молодому развивающемуся агентству не помешают хорошие заказы с хорошими гонорарами?

- Что за вопрос? Давай, рассказывай, в чем дело.

- Дело в том, что есть у нас во Владике одни не очень хорошие люди, которые не хотят платить. Очень много платить. И у этих нехороших людей очень хорошие связи в администрации города. Своих они сожрут, поэтому нужны москвичи. И я как раз вспомнил о тебе.

Тимофей помолчал. Что-то не слишком хотелось ввязываться в политические игры с местными чиновниками. Потом спросил:

- Каков гонорар?

- Двадцать пять процентов от суммы долга. А она составляет порядка 20 миллионов рублей! Я бы на твоем месте не размышлял.

- Хорошо. Когда лететь?

- Завтра сможешь быть? А то время поджимает.

- Ладно. Может быть, сегодня вечером есть самолет, посмотрю сейчас. Закажи мне гостиницу и подготовь материалы по этому делу.

- Ок! Жду!

 

Положив трубку, Тимофей несколько минут сидел неподвижно, размышляя о том, что сулит ему новое дело. Конечно, интерес был не только в деньгах, хотя и они никогда не бывают лишними. Насколько он понял, речь шла о чиновничьем произволе, а это граничило с благородными подвигами Робин Гуда: отобрать деньги у богатых и властьимущих, чтобы вернуть их обиженным трудягам. Но главный ответ на вопрос, почему Долгов собирался лететь во Владивосток, был прост и прозаичен: он никогда не был на Дальнем Востоке.

- Эх, море, море! Крабы, икра за копейки и край земли. Романтика! – подумал Тимофей, а вслух сказал, обращаясь к секретарше:

- А ну-ка, Анечка, посмотрите, когда у нас ближайший рейс во Владивосток?

 

Самолет Москва-Владивосток вылетал из Внуково в 19.50. Пройдя предполетный контроль, Долгов, с трудом найдя место в зале ожидания, просматривал материалы о Владивостоке, которые ему удалось накопать в Интернете. Тоненький серый ноутбук, оправдывая гордое звание прорыва в мире информационных технологий, выдавал страницу за страницей информации о городе. За полчаса Тимофей, не летавший еще дальше Новосибирска, узнал много интересного о местных достопримечательностях, климате и природе. В отдельный файл он скидывал все, что касалось местной администрации и местных чиновников. Просматривая ленту новостей на информационном портале Владивостока, он словно отматывал день за днем историю совершенно незнакомого места, где-то на другом конце огромной страны. И не верилось, что через каких-то девять часов, минуя ночь, он приземлится в новый день, и это место с монитора ноутбука станет частью его личной истории…

 

Заняв свое место у окна, он почти тотчас же погрузился в сон, под беседу соседей о достоинствах и недостатках «тушек», летающих на Дальний Восток. Сон в самолетах граничил у него с условным рефлексом – он засыпал тут же, стоило только застегнуть ремень безопасности. К сожалению, это срабатывала только с самолетами.

 

…Тимофей Долгов открыл глаза в тот самый момент, когда шасси коснулись асфальта посадочной полосы. В окна с синих небес било солнце, такое непривычное после московской хмури и дождя. Он посмотрел на часы – в Москве была глубокая ночь – и перекрутил стрелки на семь часов вперед. Двенадцать  - самый разгар теплого субботнего дня.

 

Василий Горин встретил Тимофея лично, как и обещал. Обменявшись дружескими объятиями, Долгов заметил, что дела у его товарища по студенчеству идут в гору – вместо тощего любителя телефонных переговоров и футбола, на него смотрел солидный мужчина средних лет, в пиджаке и с небольшим брюшком, вполне довольный своим положением.

- Ну, как долетел? Совсем без багажа?

- Всю дорогу проспал, а все нужное у меня с собой. Ты же знаешь, что я не любитель больших чемоданов.

- Заказал тебе номер в гостинице «Новый Владивосток», - сказал Вася, выруливая с парковки аэропорта и выезжая на шоссе, ведущее в город. – Конечно не супер люкс, зато в центре и прямо на набережной. Сейчас отвезу тебя туда, а вечером моя супруга приглашает к нам на ужин, там и расскажу что к чему.

- Ладно. Я кое-что тут почитал о ваших приморских красотах, - ответил Тимофей. – И о власти вашей. Кстати, почему Владивосток до сих пор не узаконили, как административный центр Приморского края?

-  Ну, тут больной вопрос, - не отрывая взгляда от дороги, ответил Горин. – Наш мэр немного в контрах с губернатором, поэтому последний не горит желанием делать добро и бросать его в воду. Поскольку, что не дай местному чиновью – все равно, что в море выбросить. Они знаешь, сколько в порту гребут? Дай Бог каждому! А официально признать город административным центром, значит компенсировать городу все расходы по содержанию памятников, строительству дорог, проведению разных там мероприятий. Это бабки! Большие бабки, которые лягут в карман местному руководству!

- Н-да, цирк у вас еще тот.

- А то! Москва-то далеко, это пока какая-нибудь проверка доедет, это пока по рукам надает, а то может и не доедет вовсе. В общем, у нас тут свое государство со своими правителями. Вот, например, спросишь ты, что ж я сам это дело не веду, если гонорар такой хороший? А потому, что владелец консервного завода и злостный неплательщик Иван Владимирович Курилов – муж дочери некоего Михаила Степановича Шугурова, который является замом главы города. И в один прекрасный день ко мне в офис приходят люди из налоговой и в приватной беседе намекают, что, дескать, если я хочу и дальше работать в нашем любимом городе, то лучше за это дело не браться.

- И чем все закончилось?

- Чем, чем, - усмехнулся Горин, - Я пообещал отказаться от дела, а то ведь налоговая проверка могла бы и неудачно кончиться. Ведь кто ищет, тот всегда найдет. Особенно если указ сверху есть.

- А чего же ты тогда от дела не отказался?

- Я? Отказался, конечно. Но это ведь мне не мешает показать старому товарищу красоты Владивостока, правда? – заговорчески подмигнул Вася и снова стал удивительно похож на шкодливого кота. А потом серьезно добавил:

- Просто достали эти гады, никакого житья с ними нет. Рабочие впахивались, клали фундамент, строили стены, а им кинули подачку. Нате, мол, не тявкайте. Должен же кто-то и за справедливость бороться! Тем более что денег у должника – куры не клюют. Сегодня вечером я введу тебя в курс дела, а завтра мы с утречка встретимся с заказчиками. Но смотри, я к этому делу не причастен!

 

Спустя полчаса машина остановилась перед квадратной высоткой, обычной гостиницей, которых так много и на более близком черноморском побережье. В подобных порождениях фантазии безымянного советского архитектора Тимофей бывал не раз, отдыхая в Геленджике и Сочи, поэтому гостиница сразу понравилась ему привычными очертаниями и ненавязчивым русским сервисом. Зарегистрировавшись и получив одноместный номер с видом на порт на четвертом этаже, он попрощался с Котиком до шести и поднялся к себе – все-таки девять часов в самолете давали о себе знать.

 

Василий Геннадьевич Горин, помимо собственного коллекторского агентства владел и небольшим двухэтажным коттеджем, правда, не в центре города, а в поселке Трудовое. Но, поскольку Владивосток на манер Москвы стремительно поглощал пригороды, место это давно уже считалась городской чертой. Аккуратный двухэтажный домик с газоном, приветливая жена Марина и наследник, недавно научившийся ходить, – весь этот тихий, уютный устроенный быт сразу бросался в глаза. Уж слишком все это контрастировало с творческим беспорядком его холостяцкой квартиры, с вечными московскими пробками и ритмом жизни, который заставлял постоянно быть на пределе. Здесь же все было другим. Каким-то… дальневосточным.

 

- Итак, слушай, - начал Горин, после того как с ужином было покончено и двое бывших однокурсников расположились в гостиной. – Эта история началась года два назад, когда ЗАО «КонсервСнаб» решило начать строительство во Владивостоке нового консервного завода. Проект получил одобрение администрации города, поскольку обещал дать горожанам много рабочих мест и отчислений в местный бюджет. Сам знаешь, места у нас рыбные и консервных предприятий раньше было много, но в 90-х отрасль разорили. Этот самый «КонсервСнаб» занимался скупкой этих предприятий и создал своего рода корпорацию. Так вот, новый завод – его последнее детище, которое обещают оборудовать по последнему слову техники.

ЗАО «КонсервСнаб» заключил договор подряда с ООО «Новострой», которое и вело строительство завода до недавних пор. Когда была сдана первая очередь, заказчики заплатили строителям гораздо меньше того, что обещали, оперируя это тем, что «Новострой» не выполнил условий договора. Получается, строителей «кинули» на 20 «лимонов» – немаленькая цифра, не правда ли?

Рабочие ООО «Новострой» заморозили стройку, но уже через неделю на объекте работали другие – нагнали каких-то гастарбайтеров. Тогда директор строительного предприятия попробовал поговорить с руководством завода, но его и на порог не пустили, обещая ему проблемы, если он продолжит требовать денег. Тогда он обратился к нам, ну, а остальное ты знаешь.

- А через суд? – спросил, помолчав, Тимофей.

- Какой суд? – махнул рукой Горин, - У них тут все суды повязаны. «КонсервСнаб» - градообразующее предприятие «под крышей» городской администрации, а что такое этот «Новострой»? Так, одна из многих строительных фирмочек. Конечно, не мелюзга, но все же связей не достаточно.

- Кстати, что из себя представляет заказчик?

Горин взял со стола картонную папку и протянул москвичу.

- На, читай. Я тебе распечатал данные о заказчике и о должнике. То, что удалось собрать, пока нам не перекрыли кислород. Но предупреждаю, больше я тебе не помощник. Жить-то все-таки хочется, – закончил он, кивнув на супругу, которая как раз входила в комнату, неся на подносе две ароматные чашечки свежесваренного кофе.

 

На следующий день в десять утра Горин познакомил Тимофея с заказчиками. Директор ООО «Новострой» оказался маленьким щуплым мужчиной лет сорока пяти, с мелкими, какими-то птичьими чертами лица и совершенно не сочетающимися с этим обликом именем и фамилией – Лев Николаевич Князев.

Как только московский коллектор и строитель протянули друг другу руки для приветствия, Горин посчитал свою миссию выполненной и ретировался, предоставив сторонам дальше самостоятельно вести дела. Тимофей, в принципе, больше и не нуждался в поддержке, тем более он прекрасно понимал, чем это может грозить бывшему однокурснику. С первой же минуты встречи в нем проснулся профессионал, почуявший новое интересное дело, для которого место было не важно – декорации менялись, а сюжет, актеры и действия оставались прежними.

Князев пришел подготовленным: он сразу же подробно изложил суть дела и, наблюдая за ним, Тимофей понял, как этому щуплому «птичьему» человечку удалось стать директором строительной фирмы, завоевать авторитет среди подчиненных - строителей и прорабов. В нем был какой-то внутренний стержень и свои убеждения, за которые он мог бы и жизнь положить, если было бы нужно. Спокойный и уверенный голос, движения свободные, без суетливости. С каждой минутой коллектор проникался все большей симпатией к своему заказчику и это, безусловно, было большим плюсом. Всегда приятней работать с теми, кто тебе нравится, и вынуждать вернуть долг тех, кто тебе неприятен. А должник Князева явно был личностью весьма неприятной.

 

«Новострой» был не первым предприятием, которое «кинула» корпорация «КонсервСнаб». Правда, Князев узнал об этом уже после того, как промышленники отказались платить долг. Были и другие подрядчики – рыбачьи артели, которые были вынуждены сдавать рыбу по грабительски низким ценам. Некоторые пытались торговаться, но к ним приходили из морского управления, инспекции по труду и устраивали проверки, были случаи, когда даже отзывали лицензии. И артели либо сдавались и продолжали работать за гроши, либо искали другую работу. Много чего рассказывали Князеву в приватных беседах обиженные, но только в открытую выступать никто не осмеливался – а как потом в этом городе жить? Ведь директор «КонсервСнаба» Курилов приходится зятем замглавы Михаилу Степановичу Шугурову, а тот – лучший друг мэра и, поговаривают, регулярно «кормит» последнего откатами.

- А что, этот Шугуров помимо родственных связей, еще какие-нибудь с «КонсервСнабом» имеет? – спросил Тимофей.

- Раньше он был владельцем предприятия, но с тех пор, как ушел в политику, передал бразды правления Курилову. Правда, несколько лет назад был какой-то скандал, связанный с Шугуровым, и его даже отстранили от должности, но потом скандал быстро замяли и опального зама вернули снова. Кстати, журналисты этого вопроса совсем не касались. Ни одной публикации, ни одного репортажа! Побоялись, видно, трогать любимца мэра.

- Интересно, надо бы этот вопрос проработать, – заметил Тимофей.

После того, как информация была получена и все формальности с передачей ведения дела московскому коллекторскому агентству СВС были улажены, Долгов распрощался с Львом Николаевичем и вернулся в гостиницу – переваривать все услышанное.

 

Прошло несколько дней с тех пор, как Тимофей Долгов прилетел во Владивосток, но результаты нельзя было назвать утешительными и, сидя на балконе своего номера с ноутбуком на столе и телефоном в руках, он безрезультатно пытался дозвониться в приемную директора консервного завода. Телефон отвечал короткими гудками, прерываясь только на обед, когда никто не поднимал трубку.

Еще вчера в эту самую приемную было доставлено письмо, в котором Московское коллекторское агентство «СВС» информировало ЗАО «КонсервСнаб» о передаче ему полномочий ведения дела о взыскании долга по строительству завода. Об этом была даже сделана запись под номером 55 в журнале. В письме была также прописана сумма долга в  20 миллионов рублей и последствия, которые могла повлечь за собой неуплата. Конечно, Тимофей ни минуты не сомневался, что письмо не воспроизведет должного впечатления на должника, как бы он не изощрялся в юридическо-эпистолярном жанре. Поскольку «припугнуть» промышленников коллектор мог только судом, а он, если верить директору «Новостроя», закрыл бы глаза на любые нестыковки и доказательства и вынес бы свой вердикт в пользу «КонсервСнаба». Так что на самом деле письмо было простой формальностью, оговоренной законом, а букву закона Долгов чтил свято.

Опять выслушав короткие гудки в трубке, он отложил телефон и посмотрел на море. Было непривычно тепло для апреля  - +15, море поблескивало под солнечными лучами, отражая тени легких облачков, плывущих по небу. Странно, но море всегда ассоциировалось у него с маленькими курортными городками, а не с шумным мегаполисом, раскинувшимся по обе стороны бухты Золотой Рог.

Зазвонил телефон.

- Здравствуйте, Тимофей Дмитриевич! - это была Аня, секретарша Долгова.

Еще вчера он связался со своим офисом и попросил пробить ему телефоны директора консервного завода Курилова и замглавы Шугурова, а заодно поискать по известным каналам, есть ли какая-нибудь интересная информация на этих двоих. Никогда не знаешь, что может пригодиться.

- Анечка, здравствуйте! Ну что, чем порадуете? – спросил Долгов, прикидывая, сколько времени могло быть сейчас в Москве.

- Пока что удалось достать только телефоны интересующих вас персонажей. Записывайте!

Вооружившись карандашом, Тимофей записал номера сотовых и домашних телефонов замглавы и его зятя, а также домашние адреса. Ну что же, если Ивана Владимировича Курилова невозможно застать в собственном офисе, может быть, сотовый телефон ответит?

- А как там с информацией?

- Мне знакомый кое-что накопал, - ответила Аня. – Я пока не знаю, что именно, но через час мы с ним встречаемся, и тогда я вам по электронной почте все подробно напишу.

- Замечательно! Очень жду письма. Кстати, что там в Москве?
- Как всегда. Дождь, – вздохнула секретарша.

- Ну ладно, жду новостей.

Закончив разговор, Долгов еще раз задумчиво посмотрел на море, потом на листок с номерами телефонов, затем набрал один из них и нажал вызов.

Долгие гудки в трубке, наконец-то, отозвались человеческим голосом.

- Здравствуйте, это Иван Владимирович?

- Да. Это кто? – голос в трубке полностью соответствовал фотографии, которую Тимофей видел в подборке материалов, сделанной Гориным. Еще достаточно молодой мужчина с квадратной тяжелой челюстью и неприятным колючим взглядом.

- Меня зовут Долгов Тимофей Дмитриевич, я представляю московское коллекторское агентство «СВС». Я веду дело о взыскании с вашего предприятия долга ООО «Новострой»…

- Я читал тот бред, что вы мне прислали, -  перебил голос в трубке. – С рабочими я расплатился, и пусть вообще радуются, что я им заплатил за то, что они сляпали.

- Но по договору сумма гораздо больше…

- Мне наплевать на ваш договор! Эти м…ки работать не умеют, а я им еще и платить должен? Мне вообще некогда с вами разговаривать! Будете мне звонить и требовать что-то, я вас быстро хорошим манерам научу. Здесь вам не Москва. Понятно?

Последовавшие короткие гудки ясно дали понять, что Иван Владимирович Курилов больше не имеет никакого желания разговаривать ни о совести, ни о долге.

Однако этот разговор имел свои последствия. После обеда Долгову позвонил Князев и попросил срочно приехать в офис.

 

Офис ООО «Новострой» располагался на первом этаже двухэтажного здания в старом центре Владивостока. И хотя ехать было недалеко, москвич потерялся в переулках незнакомого города и после получаса блужданий, наконец, нашел нужный дом.

Протянув руку для приветствия, Лев Николаевич сразу же провел гостя в свой кабинет. Князев выглядел встревоженным и стал еще больше похож на распушившего перья воробья.

- Ко мне тут приходил кое-кто, - сразу и без прелюдий начал строитель. – Один из работников УВД нашего района.

- Что хотел?

- Официально ему нужна была информация о нашей фирме в связи с расследованием деятельности какой-то бандорганизации.

- А не официально?

- Неофициально он хотел, чтобы мы забыли про этот долг, - сказал Князев, отведя глаза. – Он недвусмысленно намекнул, что под этой самой бандорганизацией стоят наши координаты. То есть из администрации в УВД поступил приказ прикрыть нас и привлечь по какой-нибудь нехорошей статье.

- В общем, имеет место шантаж. Либо мы прекращаем дело, либо дело заводят на вас, – как бы, размышляя, произнес Тимофей.

- Нам дали несколько дней на раздумье…

Оба мужчины замолчали. Это невеселое молчание прервал телефонный звонок.

- Я слушаю, - ответил Долгов.

- Тимофей Дмитриевич, у нас есть информация! – радостно сообщила Аня. – Оказывается, в федеральной целевой программе развития Приморского края на период до 2012 года фигурирует строительство рыбоперерабатывающего предприятия Закрытое акционерное общество «КонсервСнаб» в г. Владивостоке.

- А на Шугурова есть что-нибудь?

- На чиновника? Конкретно пока ничего нет. Но знакомый из прокуратуры мне сказал, что он, вроде, как в каком-то скандале был замешан. Несколько лет назад, в результате проверки соблюдения органами местного самоуправления законодательства о муниципальной службе и о противодействии коррупции, несколько чиновников были отстранены от должности. Формально Шугуров оказался чистым, но поговаривают, что отставки он избежал только чудом.

- А поконкретнее?

- Сложно сказать. Но, в крайнем случае, можно попытаться раскрутить этот клубок.

- Спасибо, Анечка! Попытаемся пока обойтись тем, что есть!

Положив трубку, Долгов на минуту задумался, а потом улыбнулся и сказал Князеву:

- Ну что же, вы, конечно, заказчик и вольны оставить это дело, если боитесь угроз. Но, кажется, у нас тоже появились кое-какие аргументы в нашу пользу. А не уведомить ли нам администрацию Владивостока и лично заместителя главы Михаила Степановича Шугурова о том, что за их градообразующим предприятием, включенным в федеральную целевую программу, числиться должок в 20 миллионов рублей?

 

На следующий день в приемную зам.главы администрации Владивостока и директору ЗАО «КонсервСнаб» были посланы официальные письма от Московского коллекторского агентства «СВС». Третья копия осталась у Долгова. Письмо имело следующее содержание:

 

«Заместителю главы администрации г. Владивостока

Шугурову М.С.

 

Уважаемый Михаил Степанович!

 

Уведомляем Вас, что ООО «Новострой» в лице генерального директора Князева Льва Николаевича заключило с нашей организацией Договор на оказание коллекторских услуг. Корпорация «КонсервСнаб», являющаяся градообразующим предприятием, имеет долг перед ООО «Новострой» в размере 20 миллионов рублей.

Считаем себя обязанными уведомить вас, как представителя власти и как бывшего руководителя завода, которому должна быть небезынтересна его судьба, что в рамках взыскания задолженности предусмотрено проведение информационного (PR) сопровождения.

При реализации программы PR-сопровождения нами будет произведено распространение информации о сложившейся ситуации в федеральных и краевых СМИ, а также будут проинформированы различные заинтересованные лица: партнеры ЗАО «КонсервСнаб», контрагенты, органы краевой власти, а также такие  контролирующие инстанции федерального уровня в Москве, как Министерство регионального развития.

Создавшаяся ситуация, несомненно, привлечет к себе внимание центральных телеканалов и федеральной прессы, что может негативно сказаться на имидже предприятия, включенного в Федеральную целевую программу развития Приморского края, а также городского руководства.        

Просим вас способствовать разрешению конфликта и установлению контакта с руководством предприятия-должника. О принятом решении прошу сообщить до пятницы, 3 апреля.

С уважением и надеждой на разрешение конфликтной ситуации с минимальным ущербом для  репутации  Вашего города,

 

Тимофей Долгов

Генеральный директор

Московского коллекторского агентства «СВС»»

 

В администрации города работали оперативно, и ждать пятницы не стали.

- Тимофей Дмитриевич? – голос в трубке был незнакомым.

- Да, это я.

- С вами разговаривает Михаил Степанович Шугуров, - в голосе проскальзывали вкрадчивые интонации. Какие-то кошачьи. - В мою приемную было доставлено ваше письмо, и я решил лично заняться этим делом. Мне бы не хотелось конфликтов в нашем городе, поэтому я хотел бы встретиться и обсудить сложившуюся ситуацию.

- Меня радует стремление городского начальства решать дела миром, - ответил коллектор. – Я могу сейчас подъехать к вам.

- Давайте лучше встретимся в пять в ресторане «Приморский». Знаете такой?

- Нет, но я найду. В пять я буду в «Приморском»

- Замечательно. До встречи.

- До встречи.

«Вот как, Михаил Степанович собственной персоной», - размышлял Тимофей. – «Значит, клюнула рыбка на наживку. Значит, не совсем еще прибрали к рукам Приморский край местные главари. Посмотрим, как дело сложится».

 

Михаил Степанович Шугуров, скорее, походил на сотрудника какой-нибудь дипмиссии: сухой и высокий, в хорошем костюме и очках в тонкой железной оправе. Видно, он частенько захаживал в «Приморский»: об этом говорила его манера держаться, уверенность движений, когда он сразу же направился к столику, за которым ждал его Долгов. Видно, ему уже доложили о посетителе.

- Очень рад знакомству, - мягко сказал чиновник. – Надеюсь, нам удастся прийти к обоюдовыгодному решению.

Нет, положительно что-то в нем было кошачье, и Тимофей сразу же решил что этот человек из породы тех, кто не проигрывает. Достаточно вспомнить, как ему удалось выйти сухим из воды после проверки администрации. Коллектор вспомнил резюме Шугурова, в котором помимо юридического образования, предположительно липового, фигурировало настоящее: факультет востоковедения, специалист по Японии. Один из лучших студентов. Наверное, отсюда и взялся его дипломатический лоск.

- Настоятельно рекомендую вам попробовать ассорти из морепродуктов, - посоветовал чиновник, когда словно выросший из-под земли официант принес им меню. – В Москве вы такого не найдете.

Тимофей решил последовать совету, ведь побывать на берегу Японского моря и не попробовать чего-то морского, было и вправду кощунством.

- Ну, а сам я возьму суши с морским угрем, – сказал Шугуров, не глядя на официанта и даже не открывая меню. Глаза из-под очков смотрели прямо на Долгова, под внешним спокойствием чувствовалась настороженность. – Я поклонник японской кухни. Да вам, наверное, это известно.

- Почему вы так думаете? – поинтересовался Долгов.

- А почему вы обратились именно ко мне с этим долгом? – улыбнулся чиновник.

- Думаю, тесть, работающий в администрации, должен иметь влияние на собственного зятя, который бросает телефонные трубки и провоцирует конфликт.

- Эх, молодежь, что поделать, нет у современных бизнесменов культуры общения, - сокрушенно покачал головой Шугуров.

Принесли заказ. Видно, в присутствии представителя администрации все официанты ходили по струнке, а заказы vip-клиентов выполнялись вне очереди.

– Ну, а если вы все-таки были введены в заблуждение вашим заказчиком в отношении долга и моего влияния на господина Курилова? – спросил чиновник, когда официант ушел.

- У меня на руках документы, подтверждающие правоту ООО «Новострой».

- Ну, тогда почему бы вам не обратиться прямо в суд и взыскать с обидчика все. Если доказать сумеете.

Тимофей ответил улыбкой на этот выпад:

- А где, кстати, Иван Владимирович?

- Срочные дела. К сожалению, много работы.

- Замечательно. Тогда я хотел бы быть откровенным. Мы можем с вами себе это позволить?

- О чем речь, Тимофей Дмитриевич, - ответил Шугуров. – Мы для того с вами и встретились, чтобы быть откровенными.

- Мы, конечно, можем обратиться в суд. И сделаем это, если, к сожалению, нам не удастся мирно закончить это дело. Просто я слышал, что «КонсервСнаб» включен в федеральную целевую программу развития Приморского края. Очень непросто в эту программу попасть, но очень просто из нее вылететь, ведь государство не намерено тратить деньги на тех, кто очень подозрительно этими деньгами распоряжается.

Чиновник улыбнулся, словно удивившись этой новости, и жестом попросил продолжать.

- Если не получится решить вопрос на местном уровне, мы вынуждены будем действовать на федеральном: писать в Министерство регионального развития, а если понадобиться, и в Счетную палату. Они обязаны реагировать на подобные заявления. Думаю, что за этим последует проверка, которая доставит и администрации города немало неприятных часов, ведь это с вашей легкой руки «КонсервСнаб» получил возможность участия в этой программе.

Тимофей откинулся на спинку стула и отпил белого вина из бокала, наблюдая за Шугуровым. Внешне его собеседник не утратил самообладания, но в его чертах проступило что-то хищное. Домашний кот выпустил когти.

- Вы мне угрожаете? Не выйдет! У вас ничего на меня нет!

- Михаил Степанович, что за слова! Вы же прекрасно знаете, что кто ищет, тот находит. Но мы  ведь вообще встретились, чтобы поговорить о вашей возможности повлиять на вашего зятя, который не хочет отдавать вполне приличную сумму вполне приличным людям! Просто мне не хочется начинать в Москве всю эту компанию против ЗАО «КонсервСнаб», поднимать шумиху, привлекать внимание соответствующих органов к вашему городу. Да еще отношение вашей администрации с губернатором Приморского края… Опять же это может доставить массу неприятных сюрпризов. Вам же это не нужно? Так помогите нам, и мы поможем вам. И даже выразим благодарность за то, что администрация города помогла нам восстановить справедливость.

- А, может быть, вы просто забудете про этот долг? Вы бы могли вернуться в Москву. Мы бы, естественно, компенсировали вам расходы…

- Знаете, я понимаю, что здесь совсем другой мир, но я так не работаю. Между прочим, то, что вы мне предлагаете – это незаконно. Ваши же слова могут еще больше навредить вашей репутации честного слуги народа.

- Я понял вас, - жестко и коротко сказал Шугуров, отодвигая почти нетронутое блюдо с суши. – И ваши условия?

- Итак, я позвоню вам через несколько дней?

- Не надо. Я сам позвоню. Хотелось бы уладить это дело как можно скорее.

Уже на выходе, прощаясь с чиновником, Долгов сказал:

- Кстати, Михаил Степанович, я прекрасно понимаю, что я человек пришлый, вот закончу дело и уеду в Москву, а моему клиенту еще жить здесь и работать. Мне бы не хотелось, чтобы с ним или с его фирмой что-нибудь случилось. А то недавно приходили люди в погонах, расспрашивали про какое-то бандформирование, намеки странные делали...

- Я понял вас. Люди в форме привыкли выполнять приказы, но не привыкли думать.

- Не хотелось бы все осложнять. Мы ведь все под Богом ходим: как аукнется, так и откликнется.

- Не бойся немного согнуться, прямее выпрямишься, – хищно улыбнулся Шугуров. – Мудрые люди – эти японцы!

 

На следующий же день директору  ООО «Новострой» Льву Николаевичу Князеву позвонил лично Иван Владимирович Курилов, директор ЗАО «КонсервСнаб». Встречу было решено провести в администрации города, в кабинете зам.главы, который лично курировал вопрос восстановления справедливости и спокойствия между двумя крупными компаниями.

Когда Князев и Долгов вошли в кабинет, Курилов уже был там и имел достаточно жалкий вид. Видно, вчера и сегодня он пережил не самые счастливые минуты своей жизни, разговаривая с тестем. Курилов был из тех людей, которые абсолютно не умели извиняться, и сам этот процесс вызывал у них приступ бешенства. Но он сдерживал себя и даже пожал протянутую Тимофеем для приветствия руку.

- Спасибо, господа, что согласились на встречу, - поприветствовал гостей Шугуров. – В первую очередь, господин Курилов хотел бы принести извинения за сложившуюся ситуацию, поскольку был введен в заблуждение своими сотрудниками в отношении долга.

Директор консервного завода буркнул что-то неразборчивое, что могло обозначать полное согласие со словами чиновника.

- Следовательно, господин Курилов признает за своим предприятием долг, составляющий 20 миллионов рублей, в отношении ООО «Новострой»?

На это Иван Владимирович, путаясь в словах, начал объяснять, что он действительно заключил с ООО «Новострой» договор на строительство консервного комбината недалеко от Владивостока и что, когда была сдана первая очередь стройки, он рассчитался за выполненные работы. Строительство было произведено с нарушениями и не в срок, поэтому он посчитал вправе удержать 20 миллионов рублей, поскольку остался недоволен качеством работ.

- Мы учли ваши комментарии и можем представить вам заключения экспертиз, говорящие о том, что все построенные объекты были возведены без нарушения технологий, - сказал Долгов, протягивая оппонентам пухлую папку. – А срыв по срокам строительства, как вы прекрасно знаете, был вызван задержками в согласовании проекта в администрации города. То, что строительство было завершено с 15 дневным опозданием – это настоящее чудо, поскольку времени строителям вы практически не оставили, и им пришлось работать днем и ночью. Любой суд обязательно учтет эти документы, - добавил Тимофей.

- Хорошо, господин Курилов признает за собой долг и обещает возместить его в ближайшее время.

- Замечательно. Когда вы планируете погасить задолженность?

- Понимаете, 20 миллионов – это достаточно большая сумма, - вкрадчиво сказал Шуругов. – И очень сложно достать ее в короткие сроки.

- Другими словами вы просите отсрочки?

- Да. И господин Курилов просил бы возможности погашения долга по частям. Например, уже в понедельник он мог бы совершить первый платеж в размере 5 миллионов рублей. Это было бы гарантией наших серьезных намерений.

- А остальное? – поинтересовался Князев, который до этого молча наблюдал за ходом беседы, предоставляя Долгову вести дело.

- Остальное господин Курилов мог бы погасить частями в течение четырех месяцев.

- Я согласен, - помолчав, ответил Лев Николаевич, обращаясь к Тимофею.

- Как я понимаю, сторонам нужно подписать какие-то документы? – спросил чиновник.

- Да. Я приготовил все документы. Прочитайте и подпишите, - сказал Долгов, доставая договора.

 

Выйдя из администрации, Князев и Долгов, вместо того, чтобы сесть в ожидавшую их машину предприятия, решили прогуляться и пошли по улице к морю. Погода стояла прекрасная: тепло, солнышко и легкий ветерок. Вокруг – уверенная весенняя зелень деревьев и газонов.

Какое-то время они шли молча. Неизвестно, о чем думал строитель, а коллектора занимали мысли о том, что завтра он покинет этот город и вернется в хмурую, но такую знакомую и любимую столицу. И о том, что дело, в сущности, вышло неплохое.

- Думаете, и вправду заплатит? – с сомнением спросил Князев.

- Думаю, первый платеж – непременно. А если дальше начнет тянуть, опять обратимся к городским властям. Слуги народа должны же помогать честным труженикам? – улыбнулся Тимофей.

- Спасибо вам за помощь. Нашим местным бы это не удалось.

- Да, иногда лучше обращаться к кому-то со стороны. Так часто бывает.

 

Синее зеркало воды казалось неподвижным, только у берегов оно лениво толкало бетонные мысы пирсов, да качало тяжелые военные корабли где-то у горизонта. Вася Горин, регулярно интересовавшийся впечатлениями товарища от Владивостока и приморских жителей, пригласил сегодня вечером московского коллегу на шашлыки. Пятница ведь, трудная неделя позади, а впереди – два дня выходных. Эх, пятница! Хороший все-таки день!

 

… Небо было серым, но дождя, вроде как, не предвиделось. Хотя все врут эти синоптики, ни в чем нельзя было на них положиться: пророчат солнце, а ливень льет такой, что машины глохнут. А то, как дурак, таскаешься с зонтом. Впрочем, дождя и впрямь не предвиделось, а если бы даже и был, времени обращать на него внимания, не было. За ту неделю, что Долгов провел во Владивостоке, в офисе накопилось куча работы, и маленький коллектив недавно организованного коллекторского агентства захлебывался в этом потоке документов, информации и телефонных звонков.

 

Весь понедельник Тимофей провел за компьютером, разгребая недельный завал и встречаясь с клиентами – благо они сами приходили в офис, и не надо было терять драгоценное время, стоя в пробках. Уже вечером, когда закрылась дверь за последним сотрудником офиса, и директор коллекторского агентства остался один, вдруг раздался телефонный звонок. Тимофей вздрогнул и, с трудом отвлекаясь от монитора, взял трубку:

- Московское коллекторское агентство «СВС».

- Тимофей Дмитриевич? Это Лев Николаевич Князев.

- Здравствуйте. Есть новости?

- Да, «КонсервСнаб» совершил первый платеж. Пять миллионов поступили на наш счет.

- Это замечательно. Будем надеяться, что Шугуров позаботиться и об остальных.

- Да, кстати, из УВД больше не приходили. Наверное, и за это я должен вас благодарить.

- Не к чему. Кстати, какая у вас погода?
- Солнце и плюс пятнадцать.

- Хорошо вам. У нас дождь и плюс семь. Ну, удачи! Держите меня в курсе.

 

Положив трубку, Долгов еще некоторое время оставался неподвижным, вспоминая недавнюю поездку во Владивосток, а потом выключил компьютер, надел куртку и вышел, закрыв за собой дверь офиса.

На улице было уже темно, и огни фонарей отражались на мокром асфальте тротуаров. В воздухе пахло весной и чем-то цветущим. Подойдя к машине, Тимофей Долгов взглянул на небо, прежде чем сесть за руль. Ветер гнал по нему тучи, и в разрывах то и дело показывался тонкий любопытный серп месяца. По радио завтра обещали солнце.

 

Дмитрий Жданухин в соавторстве с Натальей Блиновой

 

 

 

Наши партнеры


СМИ - "Своя Позиция"
интернет-журнал для предпринимателей, малого бизнеса, самозанятых. Помощь в решении практических задач. Освещение деятельности арбитражных судов. Разрешение конфликтов.
Регистрационный номер и дата принятия решения о регистрации: серия Эл № ФС77-78101 от 27 марта 2020г, выдан Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций
Наименование (название) средства массовой информации: Своя Позиция
Территория распространения: Российская Федерация, зарубежные страны
Язык(и): русский
Адрес редакции: 450027, Республика Башкортостан, г. Уфа, ул Сельская Богородская, д.57, оф. 406
Номер телефона: +7 (958) 111-73-07, +7 (937) 844-84-52, Почта:mail@sppress.ru
Доменное имя сайта в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет": свояпозиция.рф / (xn--b1akda1aagn5c3eg.xn--p1ai)
Примерная тематика и (или) специализация: Информационная, общественная
Форма периодического распространения: сетевое издание
Учредитель: Общество с ограниченной ответственностью "СП" (ОГРН 1200200009613)
Главный редактор: Ибрагимова Гюзель Фануровна
Возрастные ограничения: 18+

*мнения авторов могут не совпадать с мнением редакции
Политика конфиденциальности